«Люди бесконечным потоком движутся к стройке»: Как в 1950-е в Китае строили новое государство — уникальные кадры советского фотографа

Около 70 лет назад Николай Драчинский, специальный корреспондент советского журнала «Огонек», получил уникальное задание — запечатлеть становление нового коммунистического Китая. В конце 1950-х годов, после прихода к власти Мао Цзэдуна, страна переживала период бурных преобразований: активно возводился социализм, запускались гигантские строительные проекты, создавались народные коммуны, а общество готовилось к «большому скачку». Советский фотограф совершил несколько поездок в Китай, посетив не только крупные города вроде Пекина и Шанхая, но и отдаленные деревни, заводы и стройплощадки в различных регионах. Его объектив фиксировал парады, городские площади, рабочих, крестьян, детей, праздники и быт. Драчинский стремился показать не только официальный образ молодой республики, но и простых людей, чьими усилиями страна двигалась в новую эпоху.

Информация подготовлена при участии Ирины Чмыревой, историка фотографии и искусствоведа.

Особое задание

В 1957 году перед Николаем Драчинским, фотокорреспондентом журнала «Огонек», была поставлена ответственная задача: создать серию фоторепортажей о формирующемся социалистическом Китае. Он должен был неоднократно посетить страну, чтобы запечатлеть ход социалистического строительства.

Для Драчинского это назначение не было случайным; до Великой Отечественной войны он работал на Дальнем Востоке, а к 1957 году уже имел опыт международной работы, проведя выставку после поездки в Судан.

К концу 1950-х годов Драчинский зарекомендовал себя как мастер, документировавший жизнь крестьян, рабочих и студентов

Кто такой Николай Драчинский?

Николай Драчинский (1917-1978) — выдающийся советский фотограф, журналист, писатель и организатор выставок. Его карьера началась в конце 1930-х на Дальнем Востоке, а в годы Великой Отечественной войны он служил военным журналистом.

В 1950-х годах Драчинский работал фотокорреспондентом «Комсомольской правды» и специальным корреспондентом «Огонька», освещая события в различных странах, включая Китай, Египет, Палестину и Сирию. Позднее он руководил газетой «Известия» и организацией «Орбита», занимавшейся проведением советских фотовыставок как внутри страны, так и за рубежом.

Среди его значимых проектов — выставка «ФОТО-70: Советский Союз: Страна и люди в художественной фотографии», представленная в 121 стране. В последние годы жизни Драчинский активно работал с цветной фотографией. Умер в Москве.

«Большой скачок»

К моменту командировки Драчинского Китайской Народной Республике (КНР), провозглашенной 1 октября 1949 года после победы коммунистов Мао Цзэдуна над Гоминьданом Чан Кайши, исполнилось всего восемь лет. СССР первым установил дипломатические отношения с новым государством и подписал договор о дружбе и взаимопомощи.

Тем не менее, первые годы под руководством Мао Цзэдуна были отмечены значительными трудностями и противоречиями.

Несмотря на постепенное формирование плановой экономики, первая пятилетка (1953-1957) не принесла желаемых результатов. В ответ на это, в 1958 году был объявлен «курс трех красных знамен», призванный ускорить развитие КНР. Он предусматривал:

• строительство социализма по принципам «больше, быстрее, лучше, экономнее»;
• проведение политики «большого скачка», направленной на форсированную индустриализацию и коллективизацию сельского хозяйства;
• создание народных коммун.

Что такое «большой скачок»?

«Большой скачок» представлял собой второй пятилетний план КНР (1958-1961), инициированный Мао Цзэдуном с целью ускоренного строительства социализма. Он включал форсированную индустриализацию, тотальную коллективизацию сельского хозяйства и резкое увеличение объемов производства.

Центральным элементом этой политики стали народные коммуны — крупные сельскохозяйственные и административные образования, объединявшие в среднем 20 тысяч человек. В коммунах отменялась частная собственность: крестьяне питались в общих столовых, использовали общую утварь, а вся их жизнь была подчинена производственным целям. К началу 1959 года в Китае было сформировано около 26 тысяч таких коммун.

От крестьян требовалось не только работать в поле, но и производить инструменты, транспорт и даже выплавлять металл в кустарных печах. Предполагалось, что это поможет достичь амбициозных экономических планов, однако на деле отвлекало население от сельскохозяйственных работ и разрушало традиционный быт.

Денежные расчеты в коммунах заменила система трудодней, которые обменивались на продукты. Нехватка продовольствия особенно тяжело сказалась на стариках, больных и беременных женщинах. По некоторым данным, суточная норма еды для крестьянина составляла около 250 граммов.

Дополнительным фактором кризиса стала кампания по борьбе с «четырьмя вредителями» (крысами, мухами, комарами и воробьями). Массовое истребление воробьев привело к нарушению экологического баланса, размножению вредных насекомых на полях и, как следствие, к дальнейшему ухудшению урожаев. В этих условиях государство продолжало принудительно изымать зерно у населения по завышенным планам.

Таким образом, «Большой скачок» вместо экономического прорыва обернулся колоссальным падением производства и масштабным голодом.

Эти меры оказались не только неэффективными, но и катастрофическими. Страна столкнулась с массовым голодом, унесшим жизни десятков миллионов человек, что стало одной из крупнейших социальных трагедий XX века.

Начало разлада

Конец 1950-х годов ознаменовал начало серьезных разногласий между СССР и КНР. Мао Цзэдун крайне негативно отреагировал на осуждение культа личности Иосифа Сталина в СССР, а также на курс Никиты Хрущева на мирное сосуществование с западными странами.

Мы, во-первых, защищаем Сталина, а во-вторых, критикуем его ошибки (...). В отличие от тех, кто чернит и уничтожает Сталина, мы относимся к нему исходя из реальной действительности

Мао Цзэдун

председатель ЦК Коммунистической партии Китая в 1943-1976 годах

Несмотря на это, советское руководство стремилось предотвратить конфликт. В 1958 году Никита Хрущев посетил Пекин, а в 1959 году советская делегация присутствовала на праздновании 10-летия КНР.

Однако эти усилия не смогли восстановить доверие. Встречи проходили в напряженной атмосфере: Мао Цзэдун настаивал на передаче советских ядерных технологий и критиковал визит Хрущева в США. Сближение СССР с Индией на фоне ухудшения китайско-индийских отношений также вызвало недовольство Пекина.

Вероятно, фоторепортажи Николая Драчинского были призваны способствовать укреплению советско-китайских отношений и предотвратить назревающий раскол

«В день праздничной демонстрации»

В такой сложной политической обстановке Николай Драчинский отправился в свою китайскую экспедицию, посещая КНР неоднократно с 1957 по 1959 год. Он побывал не только в крупных городах, таких как Шанхай и Пекин, но и в глубинке, на строительных площадках, в центральных и южных провинциях.

Изначально его снимки отражали официальный, парадный облик новой республики: яркие праздники, масштабные стройки, «позитивные изменения» и прогресс социалистического строительства, умалчивая о трудностях «большого скачка»

В своих репортажах Драчинский показывал советским читателям колоритные торжества и демонстрации, где, например, работницы текстильного комбината шествовали рядом с католическими монахинями и торговцами.

«Я видел эту площадь [Тяньаньмынь] в день праздничной демонстрации. Пестрый, радостный людской поток бурным паводком захлестнул ее широчайшие берега. Несколько часов шли демонстранты. Сто человек в каждом ряду, и у каждого букет цветов», — вспоминал фотограф.

Над площадью проносились макеты турбин, домен, станков, а одна из колонн несла лозунг: «Во время 'большого скачка' ускорим свое идеологическое перевоспитание»

Николай Драчинский

специальный корреспондент журнала «Огонек»

«Это как Спасская башня Кремля»

В своих путевых заметках Драчинский нередко проводил параллели между китайскими и советскими городами. Например, достопримечательности Пекина вызывали у него ассоциации с Москвой.

«Вскоре оказались на широкой, будто поле, площади Тяньаньмынь, как в Москве оказались бы на Красной площади. Есть какое-то родство в исторической судьбе этих площадей, а ворота Тяньаньмынь стали таким же символом, как и Спасская башня Кремля», — писал он из Пекина.

Описания демонстраций также были предельно понятны и близки советскому читателю.

И снова горы угля, нефтяные вышки, цифры славных трудовых побед. Шагали пионеры, родители несли детей на плечах, везли в колясочках

Николай Драчинский

специальный корреспондент журнала «Огонек»

«Это похоже на передвижение войск»

Драчинский также акцентировал внимание на грандиозных строительных проектах. Один из его репортажей был посвящен возведению Шисаньлинского водохранилища в 50 километрах от Пекина, куда стекались тысячи добровольцев.

«Это действительно армия (...). Все стремятся попасть сейчас в Шисаньлин: рабочие и служащие пекинских предприятий и учреждений, студенты, бойцы народной армии, крестьяне окрестных деревень поочередно приезжают сюда на определенный срок», — отмечал он.

Тысячи людей бесконечным потоком движутся к стройке, они запрудили все пути и тропинки. Это очень похоже на массовое передвижение войск у линии фронта перед большим генеральным наступлением

Николай Драчинский

специальный корреспондент журнала «Огонек»

«Не женское это дело»

Постепенно фокус работ Драчинского смещался к более личностным сюжетам. Его начали интересовать не только общие планы строек и праздников, но и индивидуальные человеческие истории. Ярким примером стала история молодой девушки-сварщицы по имени Юнь-мэй, работавшей на стройке в Ухани.

Драчинский описывает, как начальник строительства представил ему её: «— Пойдемте, познакомлю с нашей Му Гуйин, — сказал мне начальник строительства комбината... — А вот и Юнь-мэй!» Девушка оказалась невысокой, хрупкой, одетой в традиционные синие брюки и куртку, с челкой, выбивающейся из-под белой шапочки. Назвавшись героиней, она смутилась.

Юнь-мэй рассказала: «— Жила в деревне, затем пришла на стройку. Определили в контору, а очень хотелось самой строить домну. Начальник не отпускал: не женское, мол, это дело... Долго упрашивала, чтоб отпустили из конторы. В прошлом году поступила на курсы. Ими руководил Тун Цо-ли, нынешний бригадир. Через четыре месяца стала работать самостоятельно. Вот и все… Тун Цо-ли учился сварке в Советском Союзе в городе Днепродзержинске. Вот это сварщик!»

Позже Драчинский поинтересовался, почему девушку называют именем древней героини-полководца. Начальник пояснил: «— Она долго воевала с начальником отдела кадров. Тот не пускал ее на курсы: не женское это, мол, дело... «Не женское, — с гневом воскликнула девушка, — а Му Гуйин!» Так это имя за ней и закрепилось…»

«Я сею рис в кооперативе»

Драчинский также запечатлел случайную встречу в Запретном городе.

Он описывал: у небольших ворот, украшенных цветной керамикой, старик пытался закрепить отвалившуюся плитку. Рядом с ним стояли внуки, девочка держала его куртку. Товарищ Лян заметил, что без цемента плитка не будет держаться, на что старик согласился, добавив: «Нужно положить на цемент. Не то упадет и может разбиться. А вы посмотрите, какая красота! (...) Будто вчера сделано… Вы не знаете, где бы взять цемент?»

На вопрос, является ли он мастером, старик с улыбкой ответил: «Я не мастер. Я из Сычуани, сею рис в кооперативе». Оказалось, он приехал в Пекин навестить сына, который учился в СССР и теперь работал на атомном реакторе. Дед с внуками пришел погулять, увидел проблему и решил помочь. После разговора он отправился в дирекцию, чтобы узнать, как получить цемент, и с внуками пошел по тем самым ступеням, по которым когда-то могли ступать лишь императоры.

«Дети всюду прекрасны»

Особое место в творчестве Драчинского занимали китайские дети. В своих заметках он часто сравнивал их с советскими пионерами.

«Рядом с нами, у высокой крылатой колонны с каменным львом наверху, три пионера: два мальчика и девочка в синей кофте в горошек. Приставив к губам бумажный рупор, они громко призывают прохожих соблюдать чистоту на улице и дома. Исчерпав записанную в тетрадке программу, пионеры двинулись дальше», — описывал фотограф.

Он отмечал: «Дети всюду прекрасны; в Китае они восхитительны. Милые, доверчивые, веселые, деятельные и трудолюбивые…»

Николай Драчинский

специальный корреспондент журнала «Огонек»

Итоги странствий

Цветные фотографии из китайских поездок Драчинского регулярно публиковались в журнале «Огонек», причем один из выпусков вышел с его цветной обложкой, изображающей демонстрацию в Пекине в восьмую годовщину КНР. Позднее снимки Николая Ивановича были использованы как иллюстрации к его книге «Китайское путешествие». Хотя в книге фотографии были представлены в черно-белом варианте и небольшом формате, путевые очерки имели полумиллионный тираж и были переведены на китайский и немецкий языки.

450 тыс.

экземпляров «Китайского путешествия» было напечатано в СССР

В 2017 году, к столетию фотографа, его китайские работы вновь были показаны на выставке в рамках Международного фестиваля фотографии в Пинъяо (КНР). Кураторами этой экспозиции выступили его вдова Алла Вахромеева и искусствовед Ирина Чмырева.